Я не был никогда поэтом и не хотел бы стать известным,
Чтоб слушали, ценили, восхваляли, делали всё то,
Что навязал какой-то человек с душой прелестной.
Ведь жизнь, и всё, чем ты живёшь — лишь личное твоё же дело.

И может, даже не поймешь всё то, что понял тот,
Кто сердцем всем тебя на путь направит верный.
А для кого он верный? Закрой руками уши, и по системе,
Что навязали те, кто правит слабыми душами,

Вливайся в этот мир отчаяния и бессмысленности.
Ведь осознание и саморазрушение во благо истины —
Так больно, тяжело. Тебе же лучше жить во благо своего
И верить глупо, что кто-то, почему-то выше статусом твоего,

Заботится о процветании народа. Твоя семья бесценна,
И ты бумагу ищешь, чтобы дать ей всё.
Чтоб быть счастливым, пока в дыре живут два человека,
Глядят на небо и угасают вместе с солнцем заодно.

Но кто придумал для меня все те запреты,
Что не дают мне видеть за решёткой из темницы?
И не поможет это самосохранение, —
Вы заключенные с изуродованными лицами.

Так глупо понимать… За что мне это?
И не хочу я, вовсе, этого осознавать.
Я не был никогда поэтом
И человеком мне уже не стать.